М. С. САРЬЯН (1880(-1972))

Выдающийся мастер пейзажной и портретной живописи, лауреат Ленинской премии, народный художник СССР и Армянской ССР, действительный член Академии наук Армянской ССР и Академии художеств СССР, академик Мартирос Сергеевич Сарьян родился в трудовой крестьянской семье в Приазовье, в 50 километрах от Ростова-на-Дону, на хуторе близ речки Самбек. Его отец занимался сельским хозяйством, и будущий художник с ранних лет помогал ему. Сарьян хорошо помнит свое детство: «В этом хуторке, заброшенном в степи, я провел свои лучшие, золотые детские годы. Условия жизни давали мне возможность наблюдать природу, трудовой крестьянский люд»1. Эти впечатления сохранились у художника на всю жизнь; красота окружавшей его природы возбудила в нем чувство проникновенной любви к ней. Участие в тяжелом крестьянском труде семьи воспитало глубокое уважение к простым людям, к их труду. «Как много вошло вместе с детством в жизнь...

В армянском селении Чалтырь люди трудились день и ночь, и черная земля выращивала пшеницу, из которой делали самый вкусный хлеб в мире. Лица и руки у смуглых людей были коричнево-красные, волосы черные, глаза добрые, горящие. Когда мы, согласно обычаю, брали руки старших, чтобы поцеловать их, они напоминали кору дуба или ясеня, а мозоли на выпуклых частях ладони казались наростами, оставшимися от срезанных сучьев... Отец работал на току, а чаще плотничал. Я помню его человеком исключительной доброты, честности и трудолюбия»2.

Поступив в 1891 году в четырехклассное городское училище в г. Нахичевани, Сарьян с увлечением занимался рисованием. Окончив училище в 1895 году, он некоторое время работал в конторе по приему объявлений и подписке на журналы и газеты, с интересом наблюдая, изучая и зарисовывая приходящих посетителей. Незаурядные природные способности в рисовании были замечены его родными, и старший брат Ованес помог ему поехать в Москву для поступления в Училище живописи, ваяния и зодчества.

В 1896 году Сарьян приехал в Москву. В течение года он готовился к поступлению в училище и, успешно выдержав экзамены, был принят в него в 1897 году. Семь лет занимался будущий художник под руководством крупнейших мастеров-реалистов, преподававших в эти годы в училище: А. Архипова, А. Васнецова, Н. Касаткина, А. Корина, И. Левитана, А. Пастернака, К. Степанова. Его учителями были К. А. Коровин и В. А. Серов. В 1903 году Сарьян успешно закончил училище, приобретя за годы пребывания в нем основательные знания не только в рисунке и живописи, но и в необходимых для художника других дисциплинах, в частности в анатомии, перспективе, композиции.

Учителя Сарьяна К. Коровин и В. Серов во многом способствопали его развитию и формированию как живописца. В эти годы па всю жизнь сформировалось честное, серьезное, трудолюбивое отношение Сарьяна к нелегкому труду художника. Выдающийся мастер психологического портрета Серов, стремившийся в своих полотнах к глубокому выявлению психологической сущности человеческих характеров, повлиял на становление мастерства молодого художника в области портретной живописи. Систематические занятия с Коровиным также способствовали развитию живописного мастерства, повлияли на формирование собственной оригинальной эмоционально-выразительной манеры Сарьяна.

Вспоминая эти годы, имевшие огромное значение для его формирования как художника, Сарьян писал: «Мы вступали в жизнь, перед нами открывался тяжелый и трудный путь исканий и утверждений. Но на этом пути мы не чувствовали себя дилетантами». Сарьян пишет: «Ничто не может принести так много вреда, как дилетантизм! И когда я слышу среди молодежи разговоры о том, что школа портит художников, я не соглашаюсь. Она дает совершенно необходимый толчок художнику. Суметь овладеть техникой, чтобы передать сложный комплекс того, что видишь и чувствуешь, — это дело нелегкое, но обязательное на пути к мастерству. Свет, цвет, материал, форма, взаимоотношение находящихся рядом предметов — все это художником должно быть передано легко. Правда, легкость эта трудна, но она отличала крупных мастеров всех времен. Уметь — надо научиться.

Я помню, для нас в училище одной из самых сложных задач было овладеть работой кистью. Писать кистью — это значит одновременно и писать и рисовать». Далее художник говорит: «Многим мы обязаны своим учителям В. А. Серову и К. А. Коровину. Серов аккуратно посещал портретную мастерскую и молча следил за тем, как работали ученики. Вмешивался он только в исключительных случаях: меткими и остроумными замечаниями давал почувствовать ученику его ошибки... Коровин очень любил давать практические советы и вообще любил говорить, а о живописи, которую прекрасно знал и чувствовал, говорил с большим воодушевлением»3.

Однако первые, написанные после окончания училища полотна Сарьяна не удовлетворяли, казались ему серыми, монотонными, лишенными красочности, не жизненными. Начались активные поиски манеры живописи, отвечавшей душевному складу художника и его стремлениям.

Поиски новых творческих путей в живописи и индивидуальной манеры письма заняли не один год. Модные в эти годы в русской художественной жизни стилизаторство под старину основной группы художников «Мира искусства», импрессионизм «Союза русских художников» и послеимпрессионистические течения, характерные для группы художников, объединившихся в «Голубой Розе», не захватили Сарьяна, его поиски пошли совсем по иным путям. Еще во время поездки в Армению, в Ереван в 1901 году Сарьян, столкнувшись с необычной, совершенно новой для него действительностью, своеобразным жизненным укладом и особым звучанием цвета и света в природе, был поражен ими. Это в дальнейшем определило путь его поисков и послужило началом формирования яркой и оригинальной творческой индивидуальности. Созданные им в 1907 — 1914 гг. полотна: «Жара. Бегущая собака» (1907), «Жаркое лето» (1908), «Гиены» (1909), «Константинополь. Улица. Полдень» (1910), «Финиковая пальма» (1911), «Египетские маски» (1911), «Идущая феллахская женщина» (1911) принесли художнику широкую известность и явились началом расцвета его творчества. Неправильное понимание творческих поисков Сарьяна и разработки им своего оригинального метода живописи нередко приводят к неверной оценке произведений, созданных им в начальный период творчества.

Некоторые исследователи видят в его полотнах этого времени якобы имевший место отход художника от реалистического направления в искусстве. На самом же деле все обстояло иначе: поиски нового оригинального метода живописи велись Сарьяном в реалистическом направлении и сам художник справедливо заметил по этому поводу следующее: «Влюбленный в природу Востока, я стремился к красочной цветистой живописи и углубленной передаче цвета, света и формы. С 1908 года я стал на путь реализма». Поездки в Ереван, на Кавказ и в Закавказье дали художнику очень многое. «Я долго мечтал о Кавказе и Закавказье, и хотя приходилось несколько раз бывать на Северном Кавказе, но он меня особенно не пленял. Зато Средний Кавказ, и особенно Южный — зачаровали меня; здесь я впервые увидел солнце и испытал зной. Караваны верблюдов с бубенцами, спускающиеся с гор, кочевники с загорелыми лицами, со стадами овец, коров, буйволов, лошадей, осликов, коз; базары, уличная жизнь пестрой толпы; мусульманские женщины, молчаливо скользящие в черных и розовых покрывалах, в фиолетовых шароварах, в деревянных башмаках, выглядывающие с плоских крыш желтых квадратных домов; большие, темные миндалевидные глаза армянок — все это было настоящее, о чем я грезил еще в детстве. Я почувствовал, что природа — мой дом, мое единственное утешение; что мой восторг перед ней иной, чем перед произведениями искусства: тот длился всего лишь несколько минут. Природа, многоликая, многоцветная, выкованная крепкой, неведомой рукой, — мой единственный учитель»*. Необычная жизнь Востока с неповторимой, очень своеобразной природой и бытом, резкие световые и цветовые контрасты, яркие краски — все это пробудило в душе художника восторженную любовь к природе Востока, восхищение ею.

В 1910 — 1913 гг. Сарьян совершил поездки на Ближний Восток, в Турцию, Египет, Иран. Посещение этих стран, близкое знакомство с их природой и жизнью народа обогатило Сарьяна в его поисках собственной манеры живописи, новой формы, лаконичности выражения, предельного обобщения и углубленной передачи цвета и света.

Во время пребывания в Египте художник написал картину «Финиковая пальма». Создавая это полотно, Сарьян, отбросив все второстепенное, мешающее ему обобщить рисунок и цвет, сумел необычайно выразительно, лаконично и ярко передать все своеобразие природы и красок, характерных для Египта. Достиг этого художник смелым противопоставлением света и тени, резкими контрастами ярких тонов красок, лаконичностью живописного языка.

В другой картине «Идущая феллахская женщина», мастерски сопоставляя немногие, резко контрастирующие яркие тона красок и избегая какой-либо детализации, художник сумел создать исключительно выразительный образ простой феллахской женщины, передав одновременно особенности природы Древнего Египта.

Касаясь созданных им в эти годы полотен, Сарьян очень точно и метко заметил: «То, что я изображал, было как бы сочетанием реального и фантазии: реального, поскольку я делал все это под впечатлением виденного, фантазии — потому что я синтезировал, менял, усиливал цветовую гамму, чтобы ярче выразить свои чувства, свой восторг от солнца, природы, окружающего мира»4.

Советская власть прочно установилась в Закавказье и в родной художнику Армении. В творческом сознании Сарьяна произошли в эти годы коренные изменения. Художник со страстным увлечением отдается изображению природы своей Родины и создает ряд полотен, в которых воспевает ее красоту, рассказывает о жизни и трудовом быте своего народа.

Придерживаясь тех же принципов творческого метода, которые послужили основой для созданных им в 1906 — 1916 гг. полотен, Сарьян находит новые темы и новое содержание.

Если в дореволюционные годы движущей силой образного представления художника была его сокровенная мечта о прекрасном будущем человечества, в той или иной мере воплощавшаяся в создаваемых им полотнах, то после Великой Октябрьской революции, освободившей армянский народ и давшей ему возможность строить и создавать радостную, полную красоты и творческих дерзаний жизнь, эта затаенная мечта стала близкой к действительности, и перед художником, живущим одной жизнью с народом, открылись необычайно широкие горизонты ничем не стесненного творчества.

В полотнах, созданных в послеоктябрьские годы, в особенности в 30 — 50-е гг., художник утверждает красоту и радость бытия человека в гармоничном сочетании его трудовой деятельности с окружающей природой. Сарьян в эти годы вел поиски и постепенно находил внутреннее единство всех важнейших качеств и особенностей новой жизни родного ему народа, наступившей после Октябрьской революции. Это единство и явилось основой нового образного строя полотен Сарьяна, воспевавшего счастье свободной жизни народа, романтику его трудовой деятельности, красоту природы, солнце и счастье людей родной ему страны. Полотна, созданные Сарьяном в эти годы, поражают зрителя не только мастерством живописного изображения, но и своей светоносностью, колористической гармонией, наполненностью солнечным светом.

Лучи солнца, имеющие в живописи художника множество цветовых градаций, придают его краскам и их оттенкам особое радостное звучание, его живопись кажется насыщенной солнцем.

В большинстве пейзажей этих лет художник применяет своеобразный метод построения пространства, начиная с первого плана, он создает композицию пейзажа таким образом, что пространство в нем, при переходах от первого плана к последующим, все время раздвигается в своих границах, становясь все шире и шире. Пользуясь этим методом, художник достигает огромного пространственного размаха, передаваемого в его полотнах в различных аспектах, что дает ему возможность наиболее полно передать глубину и протяженность объемов, подчеркнув этим значимость свершений человека в природе, обновленной его трудом. Повседневное течение жизни народа, родной природы предстает перед нами во всей красоте преображенной действительностью мечты художника. Этот метод построения пространства в той или иной мере применен художником во многих пейзажах 30 — 50-х гг., но особенно четко он выявлен в картине «Колхоз села Кариндж в горах Туманяна» (х., м., 1952).

Цвет в пейзажах Сарьяна послеоктябрьского периода творчества играет огромную, действенно эмоциональную роль. Насыщенная красотой и богатством оттенков и их переходов, сложная по своим внутренним связям колористическая гармония его цветовых композиций, дает возможность художнику добиться исключительной эмоциональной выразительности полотен и принести зрителю чувство радости и наслаждения. Не менее важным для цветовых композиций художника, для их колористического построения является и то, что колорит его полотен активно участвует в образном звучании самого произведения. Художник светом и тонко сгармонированными цветовыми отношениями мастерски строит объем, пространство, передает воздушную перспективу, строит образ.

Созданные Сарьяном в 1933 — 1954 гг. превосходные произведения пейзажной живописи, в частности: «Сбор винограда» (1933 и 1937), «Сбор персиков в Ереване» (1938), «Сбор урожая» (1940), «Сбор хлопка в Араратской долине» (1949), «Молотьба пшеницы в колхозе Акчнагюх» (1951), «Арарат из Двина» (1951), «Колхоз села Кариндж в горах Туманяна» (1952), «В горах Туманяна» (1952) и другие, вошли ценным вкладом в сокровищницу советской и армянской национальной живописи. Сохраняя особенности оригинальной живописной манеры, художник в этих произведениях передает живые, конкретные образы, основанные на широких художественных обобщениях виденного им и глубоко прочувствованного. Гимн солнцу, земле и человеку ясно звучит в его красочных симфониях.

Глубоко был прав А. В. Луначарский, высоко оценивший реалистическую живопись Сарьяна в своей статье о художнике: «Когда я побывал в Армении, я почувствовал, что М. Сарьян реалист в гораздо большей мере, чем я это предполагал. Едучи долгими часами по каменистой равнине Армении среди разноцветных и причудливых гор, под постоянным, величественным благоговением патриарха Арарата, и видя, как светит здесь солнце, какие рождает оно тени, как растут тут деревья, движутся или покоятся люди и все живые существа, — я внезапно увидел перед собой сарьяновские картины в живой действительности. Сарьян — большой, красочный музыкант, подлинный художник, композитор и горячий поэт»5.

Народ Армянской ССР высоко оценивает творческие достижения М. Сарьяна, недаром его на родине зовут «варпет» — большой мастер, уважаемый человек, — вкладывая в это слово всю любовь к нему. Крепкая и прочная связь творчества с родной, национальной почвой, придают его произведениям исключительную силу выразительности.

Относительно своей пейзажной живописи Сарьян очень верно заметил: «В изображении природы я далек от ее копирования. Я стремлюсь к организации пейзажа, к максимальной свежести, ясности, живописной технике в передаче неповторимых моментов в жизни природы. Меня всегда интересовала проблема света и цвета, моей задачей было дать почувствовать зрителю горячие солнечные лучи, вызывающие предельную интенсивность цвета освещенных солнцем предметов. В работах, подготовленных мною к юбилейной выставке «Индустрия социализма», я ставил перед собой и такую задачу — передать крайне сложное сочетание солнечного и искусственного света. В своих пейзажах я шел от природы, и человеческие фигуры, оживляющие пейзаж, не были в центре моего внимания. Теперь же в изображении природы я исхожу от человека.

Изучая природу и жизнь во всех ее проявлениях, мы всегда должны помнить, что только тогда наши произведения будут убедительными, если мы будем постоянно работать над повышением культуры нашего живописного языка»6.

В развитии и становлении живописного мастерства художника, в совершенствовании его техники, исключительно большое место занимало его стремление к овладению материалом живописи: красками, холстом, грунтами и оттачиванием технических приемов их использования. Основываясь на своем многолетнем опыте живописца, Сарьян говорит, что «чем глубже знает и чем серьезнее изучает художник различные материалы, посредством которых он создает произведения, чем более отработаны и выверены применяемые им живописные и технические приемы использования этих материалов, тем совершеннее и его техника, и его живописное мастерство.

Холст, грунты, краски, масла, разбавители, лаки должны быть верными помощниками живописца, помогающими ему в сложном, подчас очень трудном процессе создания высокохудожественного произведения. Но если художник недостаточно хорошо знает все свойства и особенности применяемых им материалов, и невнимательно, а порой и пренебрежительно относится к ним, тогда он сталкивается с серьезными препятствиями в процессе создания живописного произведения и во многом тормозит развитие и совершенствование своего живописного мастерства»*.

__________

1 Из беседы А. В. Виннера с М. С. Сарьяиам в 1956 г.; в последующем тексте ссылки на эту беседу отмечены звездочкой (*).

2 М. С. Сарьяи. Будь счастлив, человек, все в тебе. — «Огонек» 1962, № 22, стр. 8 — 11.

3 М. С. Сарьян . Будь счастлив, человек, все в тебе, стр 8 — 11.

4 М. С. Сарьян. Будь счастлив, человек, все в тебе, стр. 8 — 11.

5 М. Мержанов. Солнечная кисть. — «Огонек», 1964 № 37, стр. 8 — 9.

6 Каталог выставки М. С. Сарьяна. М, Всекохудожник, 1936, стр. 15,16. (Автобиографические сведения).

Первоисточник: 
КАК РАБОТАЮТ МАСТЕРА ЖИВОПИСИ. А.В. Виннер. М., 1965
 
Ошибка в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите  Ctrl  +  Enter  .
Система Orphus

Если вы обнаружили опечатку или ошибку, неработающая ссылку или изображение, пожалуйста, выделите ошибку мышью и нажмите Ctrl+Enter. Сообщение об ошибке будет отправлено администратору сайта. Выделите ошибку и нажмите Ctrl+Enter.